Илья Иванов пришел в балетную труппу Саратовского академического театра оперы и балета в прошлом сезоне — и сразу был примечен зрителем за фактуру и артистичность.
Перед началом нового театрального сезона мы встретились с Ильей и поговорили о начале его творческого пути, выступлениях в других городах и гастролях, немного коснулись личных тем и выяснили его принципиальную позицию по отношению к театру.
Илья, почему решили пойти в балет и как начинался твой творческий путь?
В балет я попал случайно. Моя мама раньше пробовала поступить в хореографическое училище, но её, к сожалению, не взяли.
Как-то я гулял со своей бабушкой и мы проходили мимо училища, где увидели афишу о наборе детей на хореографическое отделение. Дикого желания поступать на него я, конечно, не испытывал, но мысль о том, чтобы порадовать маму, перекрывала мои личные предпочтения. Я вообще в то время занимался футболом.
Меня приняли «условно», объяснив, что у меня ограниченные данные для балета. Единственное что меня «спасло» — я имел высокий рост для своих лет.
Не секрет, что в последние годы в балете дефицит артистов мужского пола. Почему, на твой взгляд, парни не идут в хореографическое училище, в балет?
На мой взгляд в балет не идут по банальной причине — это стало не популярно. Искусство не стоит на месте, появляются новые подвиды.
К сожалению, изменились и приоритеты в обществе. Сегодня духовные качества отходят на второй, а то и третий план. А балет без души — просто набор движений.
Многие парни не проявляют интерес к балету, потому что считают, что это «работа» для девочек. Хотя это сложившиеся стереотипы. Непонятно, кем выдуманные. Но они на корню отбивают желание парней идти в балет.
Как проходило твоё обучение?
Вопрос который я ждал! Обучение было тяжелым , но сколько опыта оно мне принесло. Повторяясь в ранее сказанном, я был принят условно и не имел никаких предрасположенностей к балету. Был самым худшим в классе. Единственное, что на тот момент меня поддерживало — это моя семья. Меня учили быть мужчиной и справляться со всеми трудностями. Но каждый мой день был похож на каторгу.
Я просыпался в 6 утра, а возвращался в 8-9 вечера. Дедушка заставлял набирать мышечную массу. Я прыгал с гантелями, качал пресс, спину, растягивался. И при этом я все равно, оставался хуже всех. Тысячу раз я хотел бросить…
Но не бросил. А самое главное, что путем изнурительной работы над собой, я понял, что полюбил свое дело. И тогда открылось второе дыхание, нашлись силы и я стал работать еще более интенсивнее. В итоге стал обращать на себя внимание педагогов, появились, небольшие партии в детских спектаклях.
Перейдя на курсы у меня начался такой предмет, как дуэтно-классический танец. Педагогом по этому предмету стал Игорь Георгиевич Стецюр-Мова. Тут мне повезло — сам народный артист, ведущий солист театра объясняет мне азы, а в последствие высшие элементы дуэтного танца. И дело пошло. Я стал все быстро схватывать, овладел большим арсеналом. Безусловно надо отдать должное моей партнерше Юлии Балашовой (ведущая солистка театра им.Станиславского и Немировича-Данченко) — с ней было прекрасно работать, так как мы понимали друг друга с полу слова. Не могу не отметить своего педагога по классическому танцу, Евгения Михайловича Сердешнова, который взял нас на 1 курсе и относился к нам, как родной отец. Он сам был прекрасным танцовщиком и оказался очень мудрым учителем и другом.
Я стал тем, кем я стал. Но при всем при этом могу сказать одно: какой бы ни был бы у тебя талант — никто не отменял необходимость пахать, как лошадь. Всегда найдётся кто-то лучше тебя. И этому правилу я следую по сей день.
После окончания обучения ты уехал из Саратова… Расскажи про этот этап своей жизни?
После окончания училища я поехал работать в Санкт-Петербург. Это была моя мечта. Обычно перед выпуском, переходя на 3 курс, педагоги рекомендуют ездить проверяться в разные театры. Система распределения, которая была в Советском союзе, уже не актуальна — выпускники сами должны заботиться о своем будущем.
Перед тем, как попасть в Петербург, я ездил проверяться в Екатеринбург, было приглашение из Красноярска, которое я получил на конкурсе «Дельфийские игры».
В Петербурге я проверился во все театры, кроме Мариинского, а так же пробовался в частные танцевальные коллективы. Меня брали везде. Но я выбрал, как начало своей карьеры, театр им.Леонида Якобсона. Польстило то, что там работали наши выпускники. А еще меня, 17-летнего, брали сразу на ставку корифея. В этом театре я провел всего 1 сезон. Танцевал много классического репертуара. Правда, было очень мало гастролей — а на тот момент я очень хотел поездить по другим городам и странам.
Но в театре им.Леонида Якобсона у меня были прекрасные педагоги. И я приобрёл очень важный жизненный опыт. Ведь первый театр — как первая любовь. В нем я еще больше закалил свой характер.
Вторым этапом в моей карьере стал частный коллектив под названием » Русский балет». Там я уже проработал 3 года. Мечты о гастролях сбылись. Я объездил кучу стран, увидел своими глазами культуру других людей. И всё бы ничего, но ограниченный репертуар коллектива не давал мне той творческой свободы, которую я хотел. И когда возник вариант с Мариинским театром — я был ошарашен. Был просмотр, но я очень боялся идти туда. Парень из Саратова: где я и где Мариинский театр? Я вообще ведь всегда отношусь скептически к таким вещам — это позволяет совершенствоваться, а не останавливаться на том же уровне, и радоваться этому. Но все же, поборов себя, я пошел. И меня взяли. Я был счастлив.
Попадая в такие театры стоит забыть обо всем — у тебя просто нет времени , ты всегда загружен по полной программе . Я работа 5 лет в кордебалете, перетанцевал много классического репертуара. Работал с Премьерами Мариинского театра, с лучшими педагогами, многому у них научился. Я, конечно, не стал там солистом, но покорил для себя очередную вершину.
Как появился вариант с Саратовским театром оперы и балета и долго ли ты раздумывал над ним?
Этап с Саратовским театром появился случайно. Я получил серьезную травму колена и мне пришлось уволиться из Мариинского театра. А Петербург, конечно же, не Москва, но и ритм жизни все равно сумасшедший. После Мариинки мне не хотелось идти работать в другое место, у меня была депрессия . Посоветовавшись с мамой я решил, что лучше вернуться в Саратов. Взять паузу. Приехав весной прошлого года я не пошёл в театр — меня посещали мысли, что пора завязывать. Но все-таки, поборов свою депрессию, я устроился работать с нового сезона.
Тебе лично больше нравится работать в спектаклях или в рамках концертов?
Предпочтения отдам концертам. Потому что привыкаешь к репертуару, а на концерте ты можешь попробовать что-то новое. Очередной вызов. Я это люблю.
А если делать выбор между детскими спектаклями и взрослыми?
Предпочтения отдам взрослым спектаклям. Просто, видимо, всё приходит на каком-то жизненном этапе. Я не имею что-то против детских спектаклей — просто не настал тот самый жизненный этап.
Есть ли у тебя любимые партии, которые ты бы хотел станцевать?
У меня есть любимые партии – и их достаточно много. Например, мне нравится партия Базиля из балета «Дон Кихот», Солор из балета» Баядерка», Спартак из балета «Спартак», Альберт из балета «Жизель».
А твоя большая театральная мечта — в чем она?
Театральная мечта. Да мне кажется она проста — получить признание зрителя!
Ты съездил с балетной труппой театра на гастроли в Пензу, в Оренбург и в Волгоград, выступал в столице и многих других городах. На твой взгляд саратовская публика отличается от публики в других городах?
Ну конечно. Мы все люди. И все мы отличаемся. Тут можно долго дискутировать, ссылаясь на те или иные факторы . У Мариинского театра, например, очень развита PR-служба, много вливается на рекламу, и конечно, от этого зрителю становится только интереснее. У Саратова все пока не так развито. Но гала-концерт меня очень сильно удивил — я получил просто несказанный заряд эмоций. Хотелось бы, чтобы было так всегда. А вообще, мне кажется, любого зрителя можно заинтересовать. Главное выкладываться на все 100%.
Какие увлечения есть у тебя помимо балета?
Моё самое главное увлечение -это моя жена. Я ее очень сильно люблю. Ну и рыбалка.
Веришь в какие-то театральные приметы? Может быть есть театральный ритуал, от которого ты не отступаешься?
Ритуала нет. Но, когда я танцую сольные партии я всегда прихожу за 3-4 часа до спектакля. Всегда «размечаю» сцену, дотрагиваюсь до неё. Устанавливаю связь.
Что самое приятное и неприятное в твоей профессии?
Самое приятное в моей профессии — поддержка моих родных, моей супруги, друзей. Они рады моим успехам. Это те люди которые будут искренне с тобой. Ну и, конечно, признание зрителя. Неприятное — когда что-то не получается. Злишься на себя. Понимаешь, что искать оправдания глупо, и зрителю все равно. Вот поэтому приходится до мелочей всё прорабатывать и упорно работать над собой.
Давно распространенный миф: «Балет — это конкурентная эмоциональная среда». Легко ли тебе было вписаться в коллектив Саратовского театра оперы и балета?
Меня ничем не возьмешь! Я на своем пути встречал много разных ситуаций, благодаря которым закалился характер. Я знаю для чего я здесь, какие у меня цели. Вернее, цель одна — становиться лучше. Так что с адаптацией всё хорошо. Коллектив хороший. Тем более я же Саратовский — знаю, как себя надо вести! Так что, у меня хорошие отношения с коллективом.
Твоё мнение: театр должен ориентироваться на зрителя и давать ему то, что он хочет или театр должен оставаться высоким искусством и готовить своего зрителя?
Считаю, что театр должен оставаться высоким искусством и готовить своего зрителя, иначе это не театр, а проходной двор. Да и человек должен придти духовно к таким вещам, как театр. До театра надо дорасти.
